Астраханская губерния в XVIII в. » Просвещение в Астрахани в XVIII веке
Разместил: Admin   Дата: 24.01.2008 22:32
Комментарии: (0)   Рейтинг:
Просвещение в Астраханском крае берет истоки в глубине веков, когда обширная территория Нижней Волги была присоединена к Московскому государству.

Развитие школьного дела в Астрахани и губернии отражает особенности местной экономики, уровня культуры, географического положения края и разноплеменного населения. Первые источники о существования в Астрахани школьного обучения относятся к XVIII в. Однако многие исследователи астраханской старины высказывают мнение о том, что обучение в Астрахани велось и раньше. Один из первых историографов Астрахани М. Рыбушкин утверждает, что обучение детей грамоте началось с присоединения Нижнего Поволжья к Московскому государству, когда царь Иван IV повелел астраханскому игумену при Троицком монастыре обучать детей русских и магоме-танских, обращенных в православие. Известный астраханский краевед Ф.Ф. Шперк также склонен считать, что учебным делом в Астрахани всегда занималось духовенство, готовя для себя грамотных людей. Этого от них требовало и решение Стоглавого собора (1551 г.). Советский историк образования Е.Н. Медынский пишет, что после завоевания Казани в 1552 г. там была учреждена епархия. Духовенство получило от царя указание обращать татар, чувашей и другие народы в православие, помещать детей в миссионерские школы, где их обучали «закону христьянскому и языку славяно-российскому».

«После покорения Астрахани в 1557 г., - пишет Е.Н. Медынский, - такие же школы «нужды ради священства» стали открываться и в Астрахани». Безусловно течением времени возникали в Астрахани крошечные школы и школки, никем не учтенные, ни в какие реестры не занесенные. Первой школой в Астрахани, о которой имеются точные данные, была школа, созданная римскими капуцинами в начале XVIII века.

Как отмечает чешский исследователь А.В. Флоровский, на территории России капуцины утвердились ранее всего в Астрахани. Здесь же за несколько лет до 1719 г., т.е. до учреждения капуцинских миссий в Москве и Петербурге, осела небольшая группа римско-католических монахов, которая занималась миссионерской деятельностью.

Академик С. Гмелин, побывавший в Астрахани в 60-х гг. XVIII в., писал: «Немцы в Астрахани в 1713 году пастора Цехелия для наставления своего в законе призвали и в то же время построили деревянную церковь... для построения оной показано было ровное и пространное место на Житном дворе, а потом оное от общества палисадом так обнесено, что церковь, пастырский дом и школа в оном заключались».

В этой школе учили латинскому, немецкому и итальянскому языкам, риторике, философии, музыке и другим наукам, составлявшим основное содержание так называемой латинской школы. Об этом В.К. Тредиаковский писал так: «Я... по желанию моего ныне покойного родителя, словесным наукам на латинском языке, еще в молодых моих летах, в Астрахани, где и моя родина, у римских живущих там монахов учился, а по охоте моей к учению, оставил пригородный город, дом и родителей, и убежал в Москву». Духовенство, боясь усиления влияния католиков на православное население губернского центра, пыталось препятствовать деятельности римских монахов. Однако губернатор Артемий Волынский не спешил предпринимать какие-либо репрессивные меры против них. На запрос Коллегии иностранных дел в 1721 г. он сообщал, что не находит причин не допускать католических священников для постоянного жительства и деятельности в городе, «понеже из здешнего такого сурового народа обучаются от них молодые люди латинского и прочих языков».

Шло второе десятилетие XVIII в., а между тем в Астрахани, четвертой по величине губернии России, не было ни одной учрежденной государством или церковью школы. В то же время было немало проектов об организации школьного дела в России. Особый интерес для астраханцев представляет проект известного немецкого философа Лейбница, поданный Петру I в 1712 г. В нем предполагалось создание в России четырех университетов: в Москве, Петербурге, Киеве и Астрахани.

В действительности история систематического образования, организованного в соответствии с регламентом, начинается в Астрахани с цифирной школы.

В 1714 г. по указу Петра I создаются элементарные государственные школы с математическим уклоном. Указом от 28 февраля 1714 г. Астраханскому митрополиту предлагалось «дворянского и приказного чина, дьячих и подьячих детей от 10 до 15 лет, опричь однодворцев, учить цифири, некоторой части геометрии, а для этого учения присланы будут с Москвы в Астрахань математических школ из учеников несколько человек».

Указания царя не были выполнены ни в 1714 г., ни в последующие восемь лет, несмотря на то, что в 1716 г. астраханское светское и духовное начальство получило вторичное предписание об открытии цифирной школы, где вместе с «купецкими» детьми обучались бы дети священнослужителей. И, наконец, 10 мая 1722 г. по распоряжению государственной Адмиралтейской коллегии в Астрахань был направлен из Петербургской морской академии для работы учителем Иван Трофимов.

С приездом учителя началась интенсивная подготовка к началу занятий. Иван Трофимов направил 27 мая 1722 г. просьбу в губернскую канцелярию: «О даче в школу для учения учеников сорок досок каменных (гофели), пять арифметиков, тридцать циркулей простых, десять циркулей троеножных, двадцать книг логарифмы». Первоначально предполагалось обучать в школе около пятидесяти мальчиков. Однако архиерей запретил посылать в школу ребят, посвященных в «стихари и подьяки», а затем и детей звонарей. Из 23 подростков, получивших разрешение учиться, фактически в школу явилось 19. Учебные занятия начались 6 июня 1722 г. Эту дату и следует считать началом регулярного, по регламенту организованного обучения детей в Астрахани. Состав учащихся был очень пестрым: дворянские дети, дети военных и приказных чинов, половина учащихся - выходцы из семей духовенства. Младшему ученику было 6 лет, старшему - 16.

Духовенство продолжало борьбу против государственных цифирных школ. В 1722 г. Сенат решил, чтобы детей священнослужителей учить в архиерейских школах, «а арифметике и прочим светским наукам не спрашивать». На основании этого распоряжения школа Ивана Трофимова была выведена из Ивановского монастыря. В связи с этим некоторые авторы работ по истории образования в Астрахани утверждают, что цифирная школа просуществовала всего несколько месяцев.

Однако цифирная школа продолжала существовать. С оставшимися учениками она была переведена из Ивановского монастыря в Белый город, и помещалась вблизи Гостино-Николаевской церкви. В книге В. Рождественского «Очерки по истории систем народного просвещения в России в XVIII-XIX вв.» приводятся статистические данные за 1726 г., где в числе действующих цифирных школ указывается и Астраханская школа с количеством учеников 37 человек. О существовании этой школы свидетельствуют так называемые «приговоры» (приказы) губернатора которых упоминается Иван Трофимов и его школа (выплата жалования, выдача дров, свечей и т.д.). Последний раз учитель получает жалование в сентябре 1727 г.

Вслед за цифирной школой в Астрахани была открыта гарнизонная школа. Указом Петра I и государственной Военной коллегии от 2 марта 1722 г. Астраханской губернской канцелярии «велено астра-ханского гарнизона в гарнизонных полках солдатских, драгунских и прочих служивого всякого чина людей, детей их малолетних учить гра-моте, читать, писать и арифметике».

Учителем этой школы губернатор А. Волынский назначил Лаврентия Жильцова. Занятия в школе начались 1 октября 1723 г. Количество учащихся составляло 114 человек. Школа размещалась в двух ветхих избах. Для «топления печей», как и в цифирной школе, отпускалось «дров однополенных по две сажени на месяц». Кроме того, для ночного освещения школьных помещений выдавалось по пяти свечей ежедневно, исключая «праздничные и воскресные дни».

Цифирная и гарнизонная школы просуществовали, вероятно, до осени 1727 г., когда разразилась страшная эпидемия чумы, унесшая половину населения города. Повидимому, и первые учителя астраханских школ Иван Трофимов и Лаврентий Жильцов стали жертвами моровой болезни, их имена в дальнейшем не упоминаются в делах губернской канцелярии.

Между тем нужда в грамотных людях была большая и астраханское купечество пыталось самостоятельно организовать обучение своих детей, В 1728 г. купцы во главе с откупщиком Тихоном Лошкаревым доносили властям о том, что они за свой счет построили новое школьное здание в приходе церкви Иоанна Златоуста. Они просили разре-шения обучать своих детей в школе и ходатайствовать перед Синодом о присылке в школу учителя. Школа была названа латинской. Синод направил для работы в этой школе ученика философского класса Московской славяно-греко-латинской академии Павла Горошковского. Первоначально в школе занимались 32 ученика, затем количество учащихся выросло до 41. Среди них были дети купцов, дворовых, лекарей, солдат. Пестрым был и национальный состав: русские, армяне, калмыки, персы. Ученики были разделены на три группы. В первой твердили азбуку, букварь и часослов, во втором читали псалтырь, а в третьей учили латинский язык. Разделение было формальным, обучение проходило индивидуальным путем: каждый учил свой урок.

Учитель П. Горошсковский терпел большую нужду. Доведенный до крайнего состояния, он вынужден был обратиться к губернатору с просьбой, где писал о том, что купцы не платят денежного и хлебного жалования, не выдают дров. Горошковский обратил внимание губернатора на то, что «многие купцы детей своих из школы побрали, а вновь никого не отдают» и просил губернатора обязать купцов вновь направить детей в школу.

Губернатор и архиерей пытались оказать воздействие на купечество и духовенство с тем, чтобы они послали детей в школу. Результат был самый неожиданный: купцы решили закрыть школу. Школа, организованная на манер латинской, не отвечала нуждам купцов в быстром овладении их детьми практической грамотностью: читать, писать и считать. Тратить деньги на латинскую и церковнославянскую премудрость купечество считало излишним.

К тридцатым годам XVIII в. относится начало школьного обучения нерусских народностей, населявших Астрахань и губернию. Еще в середине двадцатых годов для обращения калмыков в православие Синод направил миссионера-священника Никодима Ленкевича вмес-те с несколькими воспитанниками славяно-греко-латинской академии в Астрахань. Ленкевич находился постоянно в Ивановском монастыре, а молодые учителя периодически выезжали в калмыцкие улусы и хотоны, где обучали детей крещеных калмыков русской грамоте. Сенатским указом 14 февраля 1732 г. было решено создать в Астрахани школу для калмыков. В указе говорится: «В Астрахани при Ивановском монастыре для обучения новокрещеных калмыцких детей русской и калмыцкой грамоте училищу быть».

В третьем десятилетии было предпринято еще несколько попы-ток организовать учебные заведения в губернском центре. В 1739 г. по указу Синода была открыта архиерейская школа, учителем был назначен Петр Яскольский. Учеников было не более 25 человек, исключительно детей духовенства. Эта школа просуществовала не больше года и была закрыта в связи с неспособностью учителя к преподаванию наук.

Значительное время действовала так называемая монастырская школа, открытая в Спасском монастыре в 1741 г. «для обучения рус-ской грамоте русских безродных болдырей, а также новокрещеных из разных вер детей». Число обучавшихся в этой школе доходило до 50. Затем школа была передана в архиерейский дом, где и просуществовала до 1777 г., то есть вплоть до открытия в Астраханской епархии духовной семинарии.

Другой, долгое время существовавшей школой в Астрахани, была гарнизонная школа. В 1732 г. был разработан общий устав для гарнизонных школ (сами же школы существовали во многих городах, в том числе и в Астрахани при Петре I). Эти учебные заведения предназначались для солдатских детей 7-15 лет, «дабы впредь была польза государства и в рекрутах облегчение было», чтобы «из солдатских детей можно со временем получить людей пред нынешними искусней, коих отсылать в военную коллегию».

Однако состояние учебного дела и материальной части гарнизонной школы было таким, что «искусными», знающими науку и практическое дело выходить из стен этого училища было трудно. Начались занятия 1 марта 1734 г. Долгое время школа находилась в Солдатской слободе (за Красным мостом), размещаясь в ветхих глинобитных домиках. В 1764 г. по указу Екатерины II школа была переведена в Кремль, в Троицкий монастырь. Содержалась она на средства, выделяемые Военной коллегией и на процентные отчисления от «экономических доходов и пошлинных сборов с персидской торговли».

Первоначально контингент приема в школу был определен в 256 человек, а после 1764 г. - в 534, из них - 354 солдатских детей и 200 -«купецких и разночинских». Однако в первые тридцать лет число уча-щихся не превышало 150, а наибольшее количество воспитанников достигало 300.

В гарнизонной школе большинство учеников находились на казарменном положении, получали солдатское обмундирование. Дисциплина поддерживалась суровыми средствами. За отдельные проступки учеников жестоко наказывали.

Учебного плана, который бы строго определял общее число предметов, количество часов и распределение их по годам обучения, не было.

Существовало предписание обучать воспитанников русскому, немецкому, армянскому, турецкому и калмыцкому языкам, арифметике, геометрии, фортификации, артиллерии, навигации, географии, истории, рисованию, а также слесарному, кузнечному, коновальному, цирюльному делу и барабанному искусству.

Преподавателями в школе были военнослужащие из унтер-офицеров, арифметику и другие «высшие науки» преподавали офицеры. Многие преподаватели сами были плохо подготовлены к учительской деятельности.

Воспитанники, которым «грамота не давалась», определялись в учение сапожному, портновскому, кузнечному и другим ремеслам.

Примером того, чему учились школьники, могут служить количественные данные за 1774/75 уч. год: изучали геометрию - 1, арифме-тику - 13, латинский язык - 6, калмыцкий язык - 3, музыку - 3, пение -12, словесную науку - 198, письмо - 54.

Слабые успехи учащихся этой школы объясняются не только низкой квалификацией учителей и отсутствием правильной методики преподавания, но и огромной текучестью контингента воспитанников, а также совершенно недостаточной учебно-материальной базой.

Вновь назначенный главным надзирателем гарнизонной школы коллежский советник Сергей Поленов обратился к губернатору за содействием в улучшении учебно-материальной базы школы и в укомплектовании ее квалифицированными преподавателями, «особливо арифметических, инженерных, геометрии, фортификации и артиллерии.» Он писал также и о том, что в Астрахани нет возможности подыскать нужных специалистов, а потому «школьники, кроме одной грамоте читать и писать, остаются без научения».

Губернатор распорядился командировать С. Поленова в столицу «к отысканию по найму из партикулярных к отставных от службы людей в учителя». Однако общее состояние образования в стране было таким, что и в Петербурге нелегко было отыскать людей, способных к учительской деятельности и желающих за мизерную плату ехать трудиться в далекую Астрахань. В апреле 1773 г. С. Поленов доносил, что «учителей и поныне не отыскано, а также отыскать в Петербурге для найма к означенной школе мастеровых людей за отказом, кроме приисканных каретника и кузнеца, других надежд не предвидится».

Так и вернулся главный надзиратель гарнизонной школы в Астрахань без учителей.

Гарнизонная школа просуществовала до открытия в Астрахани главного народного училища. В августе 1786 г. был принят новый проект по организации школьного дела в России. Он предусматривал создание двух типов школ - главного и малого народных училищ. В каждом губернском городе должно быть одно главное народное училище, состоящее из четырех разрядов.

На организацию этого учебного заведения в Астрахани ушло три года. Открыто оно было 22 сентября 1788 г. Первыми учителями этой школы были Матвей Резанов, Николай Докучаев, Петр Звягинцев, Савва Дьяковский. Директором школы был назначен Дмитрий Агафи, человек по тому времени весьма образованный. Он являлся членом Падуанской и Пизанской академий. Попечителем училища был губернатор.

Главное народное училище в Астрахани, как, впрочем, и в других городах, не имело достаточного материального обеспечения. С само-го начала оно было обречено на жалкое существование: в учебном и хозяйственном отношении оно зависело от Приказа общественного призрения, который занимался самыми разнообразными делами - устройством и надзором сиротских домов, госпиталей и богаделен, домов для неизлечимых больных, сумасшедших, смирительных и т.д. На школу ни внимания, ни средств не хватало.

Училище в течение ряда лет ютилось в ветхих, не приспособленных для обучения детей зданиях. И только в начале девяностых годов было решено для единственного в губернии среднего учебного заведения построить специальное здание. В 1798 г. строительство учебного корпуса было завершено.

На первых порах училище не имело самого необходимого оборудования: досок, столов, скамеек. Директор Агафи неоднократно обращался в Присутствие приказа и писал о крайней нужде в самом необходимом. В одном из рапортов он сообщал, что сверх полученных от Приказа 100 рублей на мелкие расходы, он употребил из своих собственных 77 рублей 95 копеек.

В первый год существования училища приступили к занятиям 98 мальчиков и две девочки. В 1789 г. насчитывалось уже 183 ученика, а в 1790 г. - 204.

В училище изучали чтение, письмо, нумерацию, краткий катехизис, священную историю, чистописание, арифметику, всеобщую и русскую историю, архитектуру. Всеми этими науками нужно было овладеть за пять лет обучения. В 1791 г. по предложению губернатора вместо латинского языка было введено преподавание артиллерии и фортификации, а по просьбе родителей дети стали изучать бухгалтерское дело. В 1795 г. было приказано организовать в училище особый класс для девяти солдатских детей, которых надлежало обучать калмыцкому, татарскому, турецкому и персидскому языкам. Директору училища предписывалось постепенно увеличивать число учеников этого класса и уделять им особое внимание. Однако обучение восточным языкам проходило с большими трудностями из-за отсутствия квалифицированных учителей и хороших учебников. В 1800 г. занятия школьников по этим языкам были прекращены.

В 90-х гг. контингент учащихся значительно снизился. Это в значительной мере связано с тем, что в Астрахани увеличивается количество частных, так называемых «вольных» мелких школ. Они возникали стихийно, без всякого на то разрешения. Интерес представляет перечень имен владельцев этих школ и количество учащихся, что позволяет судить о методике и качестве обучения. Всего таких школ в Астрахани было 19. «В первом участке - Канонерском - мужик (имя и прозвище неизвестно) учеников - 15; во втором, Татаро-базаровском, бу-лочник Федор Лебедев, учеников - 30; в третьем - мужик Михаиле Дмитриев, учеников -10;... в 5-м Пантелеиха, учеников - 8, в 6-м - девка Анна Яковлева, казанского попа внучка, учеников -4; в 7-м- попадья Воздвиженского попа, учеников - 2;... в 19-м - капитанша Феодосия Абравовичева, учеников - 9».

Всего в этих частных школах училось 250 учеников. Возникает вопрос, почему они не пошли учиться в Главное народное училище? Дело, видимо, в том, что простым горожанам-ремесленникам, торговцам и другим людям низшего сословия было тяжело содержать детей в училище в течение пяти лет. Да и науки там изучались далекие от практической деятельности. В частных школах дети наскоро овладевали элементарными навыками чтения, счета и письма и шли трудиться в мастерскую или торговать в лавку.

Директор училища Д. Агафи просил городское начальство пресечь деятельность этих «вольных» школ.

В 1792 г. в Черном Яру было открыто малое народное училище. Оно имело двухгодичный срок обучения. В нем изучались предметы первых двух классов главных народных училищ.

Во второй половине XVIII в. в Астрахани открываются и другие учебные заведения. В 1739 г. организуется архиерейская школа с двадцатью учениками. Такое количество учеников не удовлетворяло церковное начальство. Синод представил Екатерине II доклад, в котором сообщалось о том, что в «Астраханской епархии доныне обучение священноцерковнослужительских детей семинарии не было, следовательно, и ученых из духовных персон никого нет», тогда как «в Астрахани по знатности города поелику в нем яко в пограничном, довольно много иностранных разного рода звания людей жительствует, семинарии быть весьма за нужное почитается». Указ об учреждении семинарии в Астрахани вышел в августе 1776 г., открыта она была в следующем году и существовала вплоть до 1917 г.

Имеются данные и о том, что в 1790 г. иностранец Фердинанд Миллер обратился к губернатору с просьбой открыть пансион для обучения мальчиков и девочек французскому и немецкому языкам, географии, математике. Учителям Главного народного училища было предложено проэкзаменовать Миллера в указанных науках. После испытания он получил разрешение открыть пансион.

Н.Ф. Казанский в очерке «Народное образование в Астраханской губернии» упоминает о существовании в губернском центре в 1778 г. частной армянской школы. Это была первая светская национальная школа в Астраханской губернии.

Таким образом, в сложных условиях, при совершенно недостаточном оборудовании и материальном обеспечении, слабости учительского состава и неопределенности состава учащихся, развивалось в Астрахани школьное дело в XVIII в. В разное время и в различных формах обучения были подготовлены сотни и тысячи грамотных людей. К сожалению, основная масса тружеников - крестьянство, сельское население имели мало возможности получить какое-либо образование.

История Астраханского края: Монография. - Астрахань: Изд-во Астраханского гос. пед. ун-та, 2000. 1122 с.




Источник : http://astrakhan.ru/history/
Данный материал опубликован с разрешения администрации "Астраханского Регионального Портала". Комментарии:
Пока комментариев нет